Эгоистичная веселая сволочь. (с)К. // Все думают, что я - циничная прожженная стерва, а я - наивный трепетный идеалист. (с)Соломатина
Нет, так ржать низзя!Нет, так ржать низзя!
Я пожалилась подружке, той самой, стёбной, дескать, художника обидеть может каждый – ну и изложила своё имхо насчёт фантома, зеркал и жизни по-новой. Думала обрести союзника? Наивная буратинка! С какой неприкрытой радостью и азартом в мой крест добавили гвоздей! Цитирую:
+++
Ха! Да разумеется, утоп в соплях, как дважды два! Ходов была куча, куча!
Ты хорошо помнишь, сахарная моя деточка, как Фантомчик вышагивает по сцене в Дон-Жуане, аки необъезженый ахалтекинец? Ты глаза подбежавших за кулисы (только что отплясавших) тётенек видела, - «Что за мужик, а мы и не знаем..»
Мадам Жири, если бы хотела, могла бы сделать одно-единственное доброе дело. Одно, больше не надо! Подкрасться сзади в момент особо затянувшегося самобичевания да рыдания перед заплёванными зеркалами (шоу Трумэна, ей-богу), и уговорить ОДИН-ЕДИНСТВЕННЫЙ раз самому в какой-нибудь такой своей опере и спеть. Эдак под видом заезжего тенора – типа, мастер-класс на гастролях. Публика доверчивая, с директорами посредством писем, а с Пьянджи посредством падающих предметов всё можно было бы уладить, лёгко.
ОДИН раз. Выйти на сцену, приклеив маску со всеми подстраховками. Спеть. Пару раз пройти. Плащ сбрасывать-не сбрасывать, по желанию. Да его бы весь офигевший от такого зрелища кордебалет ещё после генеральной репетиции коллективно изнасиловал в гримёрке, придушив в зародыше все писки про уродство и одиночество. Отвечаю, как нормальная женщина из плоти и крови.
Но нет же, мы не ищем лёгких путей! Нам слава Маугли покоя не даёт, мы будем раскачиваться на верёвках, прятаться под обоями и сетовать, что нас, сложных и талантливых, никто не любит и руками не хочет трогать. Как в анекдоте про холмогорскую мясную гончую курицу – «Вкусная? – А хрен её знает, никто поймать не может!!» Кристина маску оторвала, ай-яй, какой удобный повод показать горный темперамент в истерике. Да она и не разглядела толком в первые две секунды! Хватай, пока ещё глазам не верит, целуй до потери пульса, а маску обратно лепи. Потом пальчиком бы погрозил – не делай так больше, бэби – и снова поём дуэтом в терцию, как голубки.
Короче, я улетаю от этих фокусов.
Но правда всё вышеперечисленное работало бы лишь при единственном условии.
Каком?
Только в исполнении Батлера!
++++++++++
Вот я и выхватила по полной, да? Зато не осталась в долгу, и тут же, икая от хохота и праведного гнева, направила ей по мэйлу возможный видеоряд:
1.Фантик поёт как условились
2.Тонкая девичья ручка в белой перчатке поворачивает ключ в замочной скважине гримёрки. Снаружи. Где-то в боковом кадре напившаяся валерьянки мадам Жири из последних сил удерживает Мэг с криком: Нет, тебе ещё рано!
3.Театр дрожит, падает люстра, но никому до этого дела нет.
4.Кристин и Карлотта дерутся за ключ. Карлотта мотивирует, что старшим надо уступать, но Кристин не соглашается с ней, приводя реальные доводы в виде подсвечника по голове, и таки отбирает ключ.
5.Перепуганный Призрак, выбив зеркало, убегает из гримёрки, на ходу запахивая обрывки рубашки и дрожащими руками застёгивая пояс на брюках. Толпа разгорячённых поклонниц валит следом под предводительством Кристин
6.Призрак на другом берегу озера рывком виснет на лебёдке, и решётка опускается. Кристин вцепляется в решётку и угрожающе напевает: «Come to me, strange angel….». Хрупкая некачественная сталь скрипит, не выдерживая натиска хорошо тренированного кордебалета.
7.Появляется Рауль. Пытается уговорить балет идти танцевать. Фантом радостно семафорит меценату и знаками умоляет спасти его. Рауль сочувствует, но силы слишком неравны. Решётка падает. Протоптавшись по виконту, девицы бросаются вброд через озеро. Кристин, размахивая лассо, в момент строит всех в очередь и нагло залезает к Фантику на колени.
8.Крупный план: наполненные слезами ужаса глаза Призрака. Он делает последнее движение на пути к спасению – срывает с себя маску, но как раз в этот момент Кристин по-хозяйски гасит освещение в подвале.
9.Затемнение
10.Следующее утро – сцена в чёрно-белых тонах, кладбище. Рыдающий кордебалет, рыдающая Кристин, рыдающая Карлотта с перевязанной головой и тяжко покалеченный Рауль в коляске. Могильная плита с надписью: “The Phantom of the opera”. Ниже – даты. Ниже –
BELOVED….
JUST BELOVED.
У плиты ворох роз с ленточками всех цветов радуги.
11.Занавес.
отсюда
Я пожалилась подружке, той самой, стёбной, дескать, художника обидеть может каждый – ну и изложила своё имхо насчёт фантома, зеркал и жизни по-новой. Думала обрести союзника? Наивная буратинка! С какой неприкрытой радостью и азартом в мой крест добавили гвоздей! Цитирую:
+++
Ха! Да разумеется, утоп в соплях, как дважды два! Ходов была куча, куча!
Ты хорошо помнишь, сахарная моя деточка, как Фантомчик вышагивает по сцене в Дон-Жуане, аки необъезженый ахалтекинец? Ты глаза подбежавших за кулисы (только что отплясавших) тётенек видела, - «Что за мужик, а мы и не знаем..»
Мадам Жири, если бы хотела, могла бы сделать одно-единственное доброе дело. Одно, больше не надо! Подкрасться сзади в момент особо затянувшегося самобичевания да рыдания перед заплёванными зеркалами (шоу Трумэна, ей-богу), и уговорить ОДИН-ЕДИНСТВЕННЫЙ раз самому в какой-нибудь такой своей опере и спеть. Эдак под видом заезжего тенора – типа, мастер-класс на гастролях. Публика доверчивая, с директорами посредством писем, а с Пьянджи посредством падающих предметов всё можно было бы уладить, лёгко.
ОДИН раз. Выйти на сцену, приклеив маску со всеми подстраховками. Спеть. Пару раз пройти. Плащ сбрасывать-не сбрасывать, по желанию. Да его бы весь офигевший от такого зрелища кордебалет ещё после генеральной репетиции коллективно изнасиловал в гримёрке, придушив в зародыше все писки про уродство и одиночество. Отвечаю, как нормальная женщина из плоти и крови.
Но нет же, мы не ищем лёгких путей! Нам слава Маугли покоя не даёт, мы будем раскачиваться на верёвках, прятаться под обоями и сетовать, что нас, сложных и талантливых, никто не любит и руками не хочет трогать. Как в анекдоте про холмогорскую мясную гончую курицу – «Вкусная? – А хрен её знает, никто поймать не может!!» Кристина маску оторвала, ай-яй, какой удобный повод показать горный темперамент в истерике. Да она и не разглядела толком в первые две секунды! Хватай, пока ещё глазам не верит, целуй до потери пульса, а маску обратно лепи. Потом пальчиком бы погрозил – не делай так больше, бэби – и снова поём дуэтом в терцию, как голубки.
Короче, я улетаю от этих фокусов.
Но правда всё вышеперечисленное работало бы лишь при единственном условии.
Каком?
Только в исполнении Батлера!
++++++++++
Вот я и выхватила по полной, да? Зато не осталась в долгу, и тут же, икая от хохота и праведного гнева, направила ей по мэйлу возможный видеоряд:
1.Фантик поёт как условились
2.Тонкая девичья ручка в белой перчатке поворачивает ключ в замочной скважине гримёрки. Снаружи. Где-то в боковом кадре напившаяся валерьянки мадам Жири из последних сил удерживает Мэг с криком: Нет, тебе ещё рано!
3.Театр дрожит, падает люстра, но никому до этого дела нет.
4.Кристин и Карлотта дерутся за ключ. Карлотта мотивирует, что старшим надо уступать, но Кристин не соглашается с ней, приводя реальные доводы в виде подсвечника по голове, и таки отбирает ключ.
5.Перепуганный Призрак, выбив зеркало, убегает из гримёрки, на ходу запахивая обрывки рубашки и дрожащими руками застёгивая пояс на брюках. Толпа разгорячённых поклонниц валит следом под предводительством Кристин
6.Призрак на другом берегу озера рывком виснет на лебёдке, и решётка опускается. Кристин вцепляется в решётку и угрожающе напевает: «Come to me, strange angel….». Хрупкая некачественная сталь скрипит, не выдерживая натиска хорошо тренированного кордебалета.
7.Появляется Рауль. Пытается уговорить балет идти танцевать. Фантом радостно семафорит меценату и знаками умоляет спасти его. Рауль сочувствует, но силы слишком неравны. Решётка падает. Протоптавшись по виконту, девицы бросаются вброд через озеро. Кристин, размахивая лассо, в момент строит всех в очередь и нагло залезает к Фантику на колени.
8.Крупный план: наполненные слезами ужаса глаза Призрака. Он делает последнее движение на пути к спасению – срывает с себя маску, но как раз в этот момент Кристин по-хозяйски гасит освещение в подвале.
9.Затемнение
10.Следующее утро – сцена в чёрно-белых тонах, кладбище. Рыдающий кордебалет, рыдающая Кристин, рыдающая Карлотта с перевязанной головой и тяжко покалеченный Рауль в коляске. Могильная плита с надписью: “The Phantom of the opera”. Ниже – даты. Ниже –
BELOVED….
JUST BELOVED.
У плиты ворох роз с ленточками всех цветов радуги.
11.Занавес.
отсюда
@темы: Моя трава, Призрак Оперы, Важнейшее из искусств, Приколы